Один из участников комиссии, которая будет рассматривать обращения белорусов, желающих вернуться домой, — это бизнесмен Юрий Воскресенский, а ныне глава «Круглого стола демократических сил». Между тем сам Воскресенский — фигурант уголовного дела. Как он может быть в комиссии? Возможно, все обвинения сняты? Попытались узнать у него самого.
Юрий Воскресенский на просьбу «Зеркала» прокомментировать последний вопрос ответил, что «с экстремистскими порталами» он отказывается общаться «из-за требований законодательства, а не из-за нежелания». При этом он пообщался с журналисткой как с частным лицом.
— Конкретно вам как гражданину Беларуси, а не журналисту желтого издания, если вам так интересна моя судьба, я скажу, что с конца 2020 года не имею никакой информации о своем деле, меня это вообще не интересует, — рассказал Воскресенский.
— То есть вы даже не знаете, закрыто ли дело?
— Вот вы все равно за свое! Я же выше вам написал, что никакой информации не имею. В том числе по закрытию, приостановке дела.
Напомним, бизнесмен был задержан 12 августа 2020 года. Ему было предъявлено обвинение по ст. 293 (Массовые беспорядки). Также его подозревали и по ст. 310 УК (Умышленное блокирование транспортных коммуникаций).
Воскресенского освободили из-под стражи 11 октября 2020 года. Мера пресечения была изменена на домашний арест, а позже на подписку о невыезде. Тогда он начал выступать на государственных телеканалах и принимать участие в провластных инициативах и мероприятиях. А также стал директором информационно-аналитического учреждения «Круглый стол демократических сил» (КСДС).
Летом 2021 года политическим заключенным массово приходили письма от имени КСДС с предложением написать прошение о помиловании. На основе этих заявлений был сформирован список людей, который Воскресенский передал Лукашенко.
Позже Воскресенский сформировал второй список и приступил к формированию «третьей сотни раскаявшихся соотечественников, которые поддались эмоциям и доверились популистским лозунгам ныне сбежавших авантюристов». Но в итоге на свободу по помилованию вышли лишь 13 человек.
